История пациента

Материал из Энциклопедия по ВИЧ и гепатитам
Перейти к: навигация, поиск
Subart.png

Основная статья: СПИД-диссидентство

Это подстраница-включение в основную статью «СПИД-диссидентство». Подстатья дополняет и расширяет основную статью, поэтому рекомендуем ознакомиться также и с ней.



Детали, по которым можно опознать пациента, изменены. Это сокращенная версия истории болезни и лечения, хотя бы потому, что я лично знаю этого пациента меньше двух лет. Но краткая предыстория все же необходима.

Валерий встал на учет еще в 1999 году. Можно сказать, был образцовым пациентом, привел на обследование свою девушку, регулярно проходил обследование сам. Серьезных проблем со здоровьем не было. Врач отмечала психологическую подавленность и жалобы на проблемы, скорее психосоматического характера. Женился, консультировался с врачом по поводу зачатия. Потом пропадает и пациент, и его жена. После очередного вызова в 2008 году, семейная пара приезжает, но пишет официальный отказ от наблюдения и лечения. Последний анализ ИС в 2005 году показал количество лимфоцитов CD4 на уровне 360 клеток.

Следующий раз пришел Валерий к инфекционисту в начале 2009 года, после госпитализации по поводу пневмонии. Анализы показали 3 клетки СД4 и ВН больше 500.000 копий. Врач направил пациента на подготовку перед ВААРТ к психологу. В ходе консультаций выяснилось, что Валерий не очень верит в существование вируса, предполагая, что какое-то заболевание есть и «что-то нужно лечить», но не уверен, что речь о ВИЧ-инфекции. Валерий уже пробовал пролечить у себя все, что только можно. Однако состояние не улучшилось. Появился фурункулез, кандидоз, и пневмония. Сложно лечить болезнь, в наличии которой сомневается пациент (ведь это ему пить препараты).

В дальнейшем позиция пациента стала более четкой и внятной. Он сказал, что читает диссидентскую литературу, что ВИЧ/СПИД это врачебный заговор. Никакие рациональные доводы Валерия не убеждали. Была назначена следующая консультация через неделю и выдано письменно задание по подготовке к началу ВААРТ.

На следующую консультацию к психологу пришел только через 3 месяца. У него уже появились сомнения, он стал связывать свое состояние (усталость, постоянный субфебрилитет и развивающийся грибок) с ВИЧ-инфекцией. Однако продолжал воспринимать информацию очень специфическим образом. Выделял в первую очередь негативные моменты в приеме ВААРТ, допускал явные логические ошибки. Тогда у меня возникла мысль проверить его на нарушения мышления. Пациент согласился, но не пришел, а на следующей консультации сделал вид, что забыл про это. Я ему предложил записывать наши беседы на диктофон, тут он неожиданно заявил, что так и делает. Стал жаловаться на стресс, связанный с поездками в центр. Когда он приезжает, то постоянно думает о смерти. Интересовался лучшим временем для зачатия ребенка, что я тоже связал со страхом смерти. Резко актуализировавшаяся потребность оставить потомство.

Повторные результаты анализов оказались не лучше ИС-6, ВН – 1.500.000.

Почти все консультации проходили по одному сценарию. Валерий рассказывал о своих сомнениях в отношении терапии – я их прояснял, рассказывал про случаи из жизни, про исследования. Подробно обсуждали и перспективы лечения с таким уровнем ИС и возможности побочных эффектов и высокую вероятность возникновения синдрома восстановления иммунитета.

На одной из встреч Валерий сказал: «Когда я вас слушаю, мне кажется все понятным, я готов начать лечение, но как только я прихожу домой, у меня появляются сомнения». Я опять предложил пройти патопсихологическое обследование, пациент опять согласился и опять не пришел. Тогда такую модель поведения, я относил к особенностям личности конкретного пациента.

Еще через 2 месяца пациент появился снова. Он был уже более активным – начал с заявления, что письменное задание по подготовке к ВААРТ не сделал. Выражал недовольство формулировками вопросов и медицинской системой вообще. Впрочем, делал он это без особой враждебности или агрессии. Утверждая, что очень хочет ускорить назначение ВААРТ, пациент предложил заполнить анкеты сегодня, прямо в центре. Через 10 минут он появился с формально заполненными бланками. Помимо формальности в ответах проскальзывала паралогичность, чрезмерная конкретность. Формальное согласие начать ВААРТ от человека, который заявлял о своей диссидентской позиции – это уже было серьезным изменением. Терапию назначили в тот же день. Впрочем, подготовка к этому событию длилась 6 месяцев.

Пациенту было предложено совершать контрольные звонки на фоне лечения каждые 2 недели. Поначалу Валерий пугался даже ОТСУТСТВИЯ побочных эффектов, предполагал, что у него: «все так плохо, что организм даже не реагирует на препараты», но после первых же анализов (через полтора месяца) успокоился; ИС вырос до 22, ВН снизилась до 11.000.

На сегодняшний день пациент принимает препараты, по его словам, без пропусков и опозданий, что подтверждается результатами анализов. Через год лечения вирусная нагрузка уже не определяется, а количество СД4 перевалило за 200. Пациент прибавил в весе около 15% и больше не похож на голодающего студента.

Всего до назначения ВААРТ я провел с Валерием 6 консультаций. Я сомневаюсь, что он вспоминает меня добрым словом, но это яркий случай в моей практике.

Выводы

Как я уже писал, пациентов, сомневающихся в своем диагнозе достаточно много. Одно было очевидно, если человек приходит на консультации значит, что-то ему нужно. Если он задает вопросы и говорит о своих сомнениях, значит, предполагает, что консультант (в данном случае психолог) в чем-то может ему помочь. Пациенты долгое время бывшие убежденными СПИД-диссидентами меняют свое отношение постепенно. Даже после начала лечения у них может оставаться много сомнений. Специалистам стоит терпеливо переносить недоверчивое отношение таких пациентов.

Автор: Fb small.pngАлександр Лесневский